Чья ты земля Топчихинская

 

 

Путешествие к истокам заселения нашего района.

 

Топчихинский район, как и вся наша страна, является многонациональным. Потому, что  с  конца XVII века и по сей день одна за другой накатываются на Сибирь волны добровольных, и не совсем добровольных переселенцев со всей бескрайней России, а затем СССР. С распадом Советского Союза на Алтай устремились потоки вынужденных русскоязычных переселенцев из бывших республик Союза, из Казахстана, Узбекистана, Киргизии. С обострением ситуации, и усилением националистических настроений в Украине переселенцы и с этой некогда братской республики так же стали прибывать на Алтай. Трудно, да и невозможно сейчас сказать кто же хозяин этих бескрайних просторов: Русские? Украинцы? Немцы? Или ещё кто? Все мы Россияне, и вместе живём на одной, ставшей нам родной Алтайской, а точнее Топчихинской земле. Для общего сведения можно сказать, что наиболее активно принимали участие в формировании населения нашего Топчихинского района, а в старые времена Барнаульской волости, в первую очередь добровольные переселенцы из северных районов европейской части России, из районов Мурманска, Архангельска, Новгородской и Вологодской областей. Одним словом, не все поморы как Михайло Ломоносов уходили в Москву, некоторые уходили на Восток, за великий Каменный Пояс (Уральские горы). Многие из них были беглыми людьми, отправившимися в дальний путь без официального разрешения. Таких, по приказу императрицы Елизаветы Петровны вылавливали и селили в государственных населённых пунктах вблизи заводов и иных стратегически важных объектов. Так из выловленных в Сибири беглых в 1749 году были образованы в нашем районе сёла Чистюнька и Зимино. Не случайно, несколько позже, один из зиминских выселок получил название Поморье. Мало того он стал крупным населённым пунктом, центром Поморского сельского Совета. К сожалению сейчас этого населённого пункта, как и некоторых других, уже нет на карте нашего района. Самые первые в районе русскоязычные населённые пункты, такие как Большая Речка (1732 год), Демидова деревня Барнаул (Старобарнаульское) 1730 год, Парша (Парфёнов Станец, позже село Парфёново) образовано не позже 1736 года заселялись именно переселенцами с северорусских губерний. В последствие в народе их просто называли старожилами. Так что заселять наш район начали русские.

Вместе с русскими активно заселяли наш район переселенцы из современной Мордовии. Такие населённые пункты как Потягаево ныне Красноярка (1776 год), Урывная на Песчаном озере ныне Песчаное (1763 год), Легостаево ныне Володарка, если не полностью, то большая часть были заселены именно переселенцами из Мордовии. Таким образом, второй национальной группой заселявшей наш район была мордва.

Несколько позже, когда государством было, не только разрешено, но и рекомендовано официально переселятся крестьянам из районов с малоземельем в бескрайние просторы Сибири, в район прибыли, в огромном количестве, переселенцы с Юга России, в основном украинцы. Это третья национальность, которая широко представлена в нашем районе, несмотря на то, что многие из них утратили свою национальную идентичность и считают себя русскими. Однако, надо с гордостью отметить, что переяславцы стараются сохранять свои украинские корни, свой неповторимый южный колорит в нашем суровом сибирском крае.

И четвертой группой широко представленной в Топчихинском районе были и продолжают оставаться немцы. Первые немцы появились в Барнаульской волости за долго до трагических событий 1941 года. Это были специалисты привлекаемые Императором российским для работ на заводах и в местной администрации. Но, наибольшее их количество прибыло на Алтай, в том числе и в наш район в связи с депортацией немецкого населения СССР в Казахстан и Сибирь зимой 1941 года. В населённых пунктах таких как Победим, Дружба, Зелёный, Белояровка, Кировский, Ключи, Топольный немецкое население было представлено очень широко. В настоящее время некоторые немецкие семьи по специальной программе переселения выехали на постоянное место жительства в Германию, но сердцем они остались по прежнему здесь, на Алтае.

Таким образом, Большая часть населения района это Русские, мордва, украинцы и немцы к которым в последующем присоединились тысячи представителей многих других национальностей бескрайней Российской империи, в последующем СССР.

И так, мы выяснили, кто сейчас живёт в нашем районе. А на чьей земле они все поселились. Кто жил здесь до того, как нога первого переселенца ступила на берега Алея и верховьев Оби? Чьи это земли?

Что бы ответить на эти вопросы откроем Исторический атлас Алтайского края под редакцией В.Б. Бородаева и А.В. Контева. На странице 13 приведена карта завоеваний Чингис-хана и описание к ней. На данной карте видно, что кочевали по берегам Оби и Алея в XIII веке киргизы меркиты, завоёванные почти без боя старшим сыном Чингис-хана Джучи в 1207 году. Не случайно в районе с. Карасево Топчихинского района, на терассе поймы Алея в настоящее время располагается охраняемый государством археологический памятник Киргизские могилки.

Существует не совсем верное представление о том, что в XV — XVI  веках территория Алтайского края и Топчихинского района в частности входили во владения хана Кучума, правителя Сибирского ханства. Однако, в состав ханства входили земли Тюменской, часть Курганской, Омской и Томской областей, а  территория Алтая,  в состав ханства не входила.  На её территории кочевали многочисленные кочевые племена, о которых не осталось письменных упоминаний. Однако, уже в XVII веке, судя по карте С.У. Ремезова, на территории Топчихинского района, по левому берегу Оби и по низовью Алея кочевали Ак-теленгиты или «белые калмыки шадаевы» (по имени их правителя Шадая), а в районе р. Барнаулка  «белые калмыки Табуновы» (по имени князя Табуна). По правабережъю Оби, в районе Большой речки  были земли «кыштымов» (данников). К XVIII  веку на территории Алтая, и Топчихинского района проживали множество тюркоязычных племён под общим названием телеуты, подчинённых Джунгарскому государству, и в частности контайши Цэван-Рабдану. С построением в 1717 году Белоярской, а в 1718 году Бикатуньской крепостей всё верховье Оби стало контролироваться русской администрацией. И в том же 1718 году, по распоряжению правителя Джунгарии все джунгарские подданные покинули левобережье реки Обь, что  позволило русским людям  ускорить освоение данных территорий и присоединение их к России. Так в истории нашего района начался новый период, период заселения и освоения его европейцами (русскими, украинцами, немцами, мордовцами и многими другими народами, представители которых по той или иной причине прибывали и продолжают прибывать в Алтайский край и Топчихинский район).

Что ж, пользуясь географическими картами разных авторов и различных времён мы выяснили, кто проживал на территории нашего района в период от завоевательных походов Чингис-хана (800 лет назад) до вхождения левобережья Оби в состав России (300 лет назад). А кто же проживал в этих благодатных местах, скажем тысячу и более лет назад? Чьи курганы, поселения и городища в большом количестве располагаются по всему Топчихинскому району?

Аказывается, хотя это и звучит невероятно, более двух тысяч лет назад, в эпоху раннего железного века (VI–II вв. до н. э.), территорию Верхнего Приобья от степных предгорий Алтая до разреженной полосы южной тайги в Новосибирской области занимало население так называемой большереченской культуры, то есть большереченцы. Эта культура впервые была выделена в 1951 году М.П.Грязновым, который назвал ее по названию села Большая Речка Топчихинского района (ныне с. Чаузово) Алтайского края, где были открыты и исследованы остатки поселений и могильников этой культуры. А если шагнуть ещё на несколько столетий в глубь веков,  то на территории от устья реки Чемровки до устья Барнаулки в это время проживали Староалейцы, (очень близкая к болшереченской староалейская культура получившая название по населённому пункту Староалейка Топчихинского района Алтайского края)  которые в дальнейшем были поглощены Большеречинцами. Основное отличие этих культур состояло в погребальной традиции. Большереченцы хоронили усопших в больших насыпных курганах, которых достаточно много в Топчихинском районе, а староалейцы в грунтовых могилах, никак не выделявшихся над поверхностью. Такой грунтовый могильник Староалейка II существует сейчас на водоразделе в месте слияния поймы Алея с поймой Оби в районе с. Староалейка.

С момента раскопок М. П. Грязнова на памятнике Ближние Елабны прошло уже более 60 лет. За это время было раскопано более 1500 погребений выделенной им большереченской культуры, прошли оживленные дискуссии, была да же произведена реконструкция мужчины воина и женщины большеречинской культуры. Если посмотреть на реконструкцию большереченского мужчины воина, то сразу бросается в глаза его принадлежность к европеоидной, а не монголоидной расе. Можно сказать, он больше похож на лицо кавказской национальности, чем на представителей многочисленных кочевых племён киргизов, калмыков и телеутов кочевавших в этих местах полтары тысячи лет спустя. Оружие большереченца очень похоже на вооружение скифского воина. Это небольшой лук скифского типа. Бронзовые наконечники стрел к нему весили всего от полутора до трёх грамм, что заставляет думать о применении тростника в качестве древка. Как показали эксперименты, подобные камышовые стрелы весили не более 10 граммов, но уже при силе натяжения тетивы в 14 килограммов летели на расстояние 120 метров и достигали невероятной скорости до 1000 километров в час. Правда, точность выстрела при этом оставляла желать лучшего, да и хрупкий тростник легко ломался при сильном ударе. Тем не менее, такие снаряды были очень удобны для массированного обстрела с дальних дистанций крупных скоплений не защищенного доспехами противника. Лук и стрелы воины носили в специальном футляре, горите, украшенном различными бляшками и накладками. На поясе он держался специальным портупейным ремнем, который пришивался с тыльной стороны горита близ его устья. Оружием ближнего боя у воинов большереченцев  являлись длинные железные мечи, появившиеся в Западной Сибири на рубеже VI—V веков до н. э. Они были принадлежностью военной аристократии — профессиональных воинов, составлявших ударную часть войска. Грудь этих бойцов защищали костяные латы  похожие на «сакские» доспехи. Дополнял оружие ближнего боя железный кинжал, выполненный в традициях  скифских коротких мечей акинаков. Их носили справа, на бедре, в ножнах, мечи же крепились слева, к портупейному ремню, переброшенному через плечо. Иногда, вместо меча в бою применялся чекан, семидесятисантиметровая рукоять которого делала его равно удобным и для пешего, и для конного боя. В арсенале воина мы найдем так же топор-кельт и  длинное всадническое копью, принесённое в Верхнее Приобье другим, не менее воинственным народом — сарматами. Таким образом, можно совершенно точно сказать, что более двух тысяч лет назад  земли  нашего района принадлежали грозным воинам, ранним кочевникам большереченцам и староалейцам, очень близким по расовой и культурной принадлежности к великим воинам древности — скифам и сарматам.

Где хранятся находки археологов, сделанные в нашем районе? Где эти кельты, акинаки и гориты? Большая часть их хранится в археологическом музее Алтайского Государственного университета, часть в археологической лаборатории Барнаульского педагогического университета и других научных учреждениях Западной Сибири, имеющих отношение к археологии и истории. Однако, некоторые предметы из памятника археологии Ближние Елбаны, раскопанные барнаульским краеведом Н.С. Гуляевым, и известным археологом Грязновым Михаилом Петровичем хранятся в собраниях крупнейших российских музеев, таких как Государственный Эрмитаж в Санкт-Петербурге, и первый российский музей, детище Петра I  Кунсткамера (ныне Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого). Несколько глиняных сосудов и наконечников стрел большереченской культуры, а так же  зернотёрка староалейской культуры выставлены в экспозиции Топчихинского районного краеведческого музея.

 

Подготовил С.В. Поздин.

Фотографии предоставлены автором.