О памяти

 

68 лет идёт непримиримая борьба  времени с памятью. Время лечит, говорим мы иногда. Да, лечит, медленно но верно, стирая  память оно  погружает нас в сладкий и обманчивый сон беспамятства. Так медленно и сладко засыпает смертным сном замерзающий на морозе человек.

Однако, чтоб не замёрзли и не очерствели наши сердца, чтоб горела в наших душах справедливая ненависть к о всему бесчеловечному, чтоб жила в них память о великом горе и героизме нашего народа, о Великой Отечественной войне, стояли десятилетиями на переднем крае этой борьбы наши  ветераны. Но короток век человека, а израненные физически и психологически очевидцы тех великих событий, к сожалению, не бессмертны. Из тысяч вернувшихся с фронта  земляков до 68 годовщины победы дожили в Топчихинском районе только 46 участников Великой Отечественной войны. Всё больше мы слышим воспоминаний не ветеранов и участников войны, а о ветеранах. Таким образом, заняв место своих отцов и дедов, мы, сохраняя память,  противостоим безжалостному времени.

Одно из таких, написанных сердцем, воспоминаний я и  хочу, представить читателям газеты.

Для меня, ребёнка послевоенного рождения, прошедшая война была не историческим, а реальным событием, происходившим в моей семье. И так было со всеми моими сверстниками. Среди ранних детских воспоминаний есть эпизоды навечно врезавшиеся в память.

При нечастых встречах за столом, по случаю какого-либо праздника обязательно мужчины начинали говорить о прошедшей войне. И это были не воспоминания о героических подвигах, а рассказы о тяготах и потерях, свидетелями которых они были. Мне было непонятно, почему взрослые, серьёзные люди вытирали слёзы во время своих рассказов. У каждого были свои оценки прошедшего, но было одно общее слово:- «Тяжело». Позже я стал понимать, что это оценка не только и не столько физических, но и моральных страданий….

Нашими отцами были фронтовики, пережившие войну и волею судьбы выжившие в, порой смертельных, её буднях. Окружавшие нас мужчины в большинстве своём были солдатами войны. У каждого из них была своя военная ноша, которую он нёс не только в окаянные годы, но и после войны.

В 50-е годы ещё встречались в пригородном поезде инвалиды без ног с орденами и медалями на груди, и я не мог понять, почему эти героические люди просили денег у пассажиров, и почему, женщины давая их, вытирали слёзы.

Ребёнком я побаивался контуженного родственника, который плохо говорил и слышал и которого при волнении «тянули» судороги.

Я опасался отца моей сверстницы, лицо которого было покрыто шрамами от ожогов…

Можно ещё вспомнить некоторое количество эпизодов, характеризующих послевоенное время. Ребёнком я начинал понимать, что бывшие солдаты войны – обыкновенные люди с достоинствами и недостатками, но в тоже время они не такие,  как все. Это люди познавшие и повидавшие то, что нам никогда не узнать.

26 ноября 2013 года в нашей семье обязательно поднимут поминальную чарку в честь 100-летия моего отца, Слетникова Михаила Григорьевича, хотя он умер в далёком 1967 году.

Слетников М.Г.  с супругой

До 1939 года он, после окончания Барнаульского педучилища работал учителем в Карасевской и Зиминской школах, а затем поступил слушателем в Куйбышевскую  военно-медицинскую академию.

После окончания второго курса, во время летних военных лагерей, оказался в районе боевых действий в Киевском военном округе, попадал в окружение под Киевом, в сентябре 1941 года, но чудом вырвался из плена. Опять попал в окружение под Харьковом в июле 1942 года, но остался жив и вышел с  остатками наших войск. Все, кто знает хотя бы немного историю первых месяцев Великой Отечественной войны, должны понимать, что великим чудом для советских солдат было остаться в живых.

После ускоренного выпуска из академии, до ноября 1943 года работал хирургом в 175 медсанбате 13 гвардейской воздушно-десантной дивизии 37-го гвардейского стрелкового Сиверского корпуса, а затем направлен на учёбу и зачислен в состав разведовательно-диверсионной группы разведотдела штаба 1 Украинского фронта. В составе группы был заброшен в тыл немецких войск, но в декабре 1944 года, на территории Польши попал в плен.

В Шталаге 326 VI K близ города Хемер работал врачом в лагерном лазарете. Затем, после освобождения американскими войсками 02.04.1945 года, продолжал работать в сформированном там же госпитале Красного Креста №5528.

Госпиталь Красного креста в городе Хемер 1945 год. И на первом и на втором фото Слетников Михаил Григорьевич крайний справа.

Прошёл проверку в советском фильтрационном лагере в городе Франкфурте на Майне, каким – то чудом избежал нашего сталинского лагеря, и был демобилизован в мае 1946 года.

В послевоенное время, заболевание туберкулёзом позволило работать врачом Чистюньской участковой больницы только 3 года.

Врач Чистюньской участковой больницы Слетников М.Г.

Многие факты военной биографии отца прояснились только после открытия архивов МГБ и КГБ, и то не полностью. Пусть мой отец не совершал героических подвигов, но он был одним из тех, кто честно выполнял свой воинский и гражданский долг.

О долге…. В семье Слетниковых было 4 брата – все воевали. Двое погибли, двое вернулись домой, но ушли из жизни раньше отведённого природой срока.

В семье матери моей жены было два брата. Один из них погиб, другой вскоре после победы умер  от последствий фронтовых ранений.

В Белояровке есть традиция – я мая, в День Победы, на траурном митинге называть всех фронтовиков, не вернувшихся с войны и умерших позже. И знаете, у некоторых фамилий насчитывается 4 – 5 – близких родственников, отцов, сыновей, братьев.

Всегда думаю об их матерях, жёнах, детях… Горько и обидно….

В отличие от родителей, нас, детей фронтовиков, родившихся в первые послевоенные годы, можно даже назвать счастливым поколением. Мы не познали тягот войны, голода и страха перед человеком в военной форме (даже в своей, советской). Мы были счастливы и уверены в своём, несомненно, благополучном будущем. Всего этого не было у наших родителей и, к великому сожалению, нет у наших детей и внуков.

Сможет ли теперешнее поколение правнуков фронтовиков быть самоотверженным, последовательным и упорным в исполнении своего гражданского долга…

В канун даты Великой Победы я позволил себе рассказать о своём восприятии этого поистине трагического события истории нашей многострадальной Родины и народа. Но одновременно 8 – 9 мая – это дни памяти и примирения, посвящённые памяти жертв Второй мировой войны.

Полагаю, что не нужно повторять слова из официальной оценки последствий её для всех нас – так или иначе эти слова подтверждаются в ходе моего рассказа…

Вечная память и уважение тем, кто пережил войну…

Слетников В.М.