Нам песня помнить и жить помогает

 

«И все же с болью в горле мы тех сегодня вспомним,

Чьи  имена на сердце как раны запеклись.

Мечтами их, и песнями, мы каждый вздох запомним.

Как здорово, что все мы здесь, сегодня собрались».

Жизнь человека, хотя и весьма насыщена событиями, увы, быстротечна, и каждый из нас как может,  пытается удержать в памяти хотя бы наиболее яркие её моменты. Кто то, как в прошлые века, пытается запечатлеть действительность в  художественных полотнах, кто-то  хранит фотографические тома семейных альбомов, пишет дневник и ведёт  семейную летопись. Но есть ещё один, инстинктивно нами используемый способ сохранения прошлого, это семейные или личные песенники.

К примеру, свой песенник я начал вести в далёком 1985 году, когда мне, ученику восьмого класса впервые подарили, редкие по тем временам, 600 страничный ежедневник, в виде книги и гелевую ручку. С тех пор я вписывал в свою рукописную книгу страница за страницей  самые взволновавшие меня песни, то есть,  каким то образом связанные с моими друзьями, или особенными событиями в жизни. Каждая такая песня, как  своеобразный музыкальный ролик в моей памяти. Зазвучали первые строки

Видишь, зелёным бархатом отливая,

Море, лежит спокойнее, чем земля.

Видишь, как будто ломтик от каравая,

Лотка отшвартовалась от корабля……

И в памяти закружился хоровод лиц и событий. Всероссийский пионерский  лагерь « Орлёнок», Черное море, дружина «Штормовая». Песня уже закончилась, а в памяти продолжают вспыхивать как фейерверк до боли  родные  лица  весёлого пионерского детства.

Отправляясь в дальнюю дорогу, я традиционно запеваю:

Пора в дорогу, старина, подъём пропет,

Ведь ты же сам мечтал услышать, старина,

Как на зоре стучатся волны в парапет,

И чуть звенит бакштаг, как первая струна

И рядом со мной, как бы не долог и труден был путь, идут мальчишки, юные археологи клуба «Легенда», некоторые из которых, к сожалению, сейчас остались только в моей памяти.

И с каждой, из более двухсот записанных за многие годы песен связаны свои воспоминания. Это удивительный и красочный фотоальбом, фотографии которого вижу один я. Они в моей душе, в моей памяти.  Песенник, это  мой  ларец за семью печатями, ключ от которого будет утерян вместе со мной.

Потом, конечно, по нему можно будет судить о каких то  общих вопросах и проблемах прошлого, о настроениях и ценностях молодёжи Советского Союза и еще о чем — либо. Он просто превратится в исторический  источник. Не сомневаюсь, весьма интересный.

С одним из таких исторических источников времен Великой Отечественной войны и первых послевоенных лет я хотел бы вас  сейчас познакомить подробнее. Сейчас пере до мной песенник из 39 песен принадлежавший Юдиной Зое Семёновне, первому директору и  организатору районного краеведческого музея.

                                                  Зоя Семёновна Юдина

Писался он в грозные военные годы, и не в шикарном ежедневнике, а на страницах старого школьного дневника, и обрывках  прошлогодних учительских  планов.

Вот  фронтовая лирическая песня из репертуара солдатской самодеятельности  «Дорогуша», как следует подпись внизу, записана летом  1945 года в гарнизоне 90-й гвардейской стрелковой дивизии.

Здесь в землянке, у маленькой печки

Слышу я,  как бушует пурга,

Вспомню детские игры у речки.

Вспомню наши поля и луга.

Нам никогда не узнать, что напоминали Зое Семёновне эти   строки. Но мне они напомнили  сюжет известной военной песни «В землянке».

А эту песню сочинил в 1944 году наш земляк, старший лейтенант Иван Горбунов. Как и по какому поводу попала она в песенник Зои Семёновны? Наверно в то время каждая девушка мечтала оказаться на месте Любы, воспетой в песне

Паренёк с Алтая.

Паренёк с Алтая, думал отдыхая

Что ему любимой подарить.

Хорошо бы Любу  в новенькую шубу

В новенькие боты нарядить.

Посадить бы в санки

Да под звон тальянки

Прокатить по улицам села…

Но война до срока, далеко далёка

Паренька от Любы увела

Без него встречает, на родном Алтае

Любушка суровый новый год.

Что же делать? Что же?

Дорогая, всё же

Хоть какой ни будь, подарок тебя ждёт.

И всю ночь вздыхая, паренёк с Алтая

Не сомкнул усталых карих глаз.

А когда над бором встал рассвет дозором

Вспомнил он про девичий наказ.

Друга провожая, девушка родная

Говорила «Милый не забудь,

В стороне далёкой, на войне жестокой

Ты охотником, как прежде, метким будь»

Вспомнил, улыбнулся, быстро встал, обулся

Автомат надёжный в  руки взял.

И по снежной стёжке, по лесной дорожке

К вражеским траншеям зашагал.

Из-за перевала солнце выплывало,

Синий иней радугой расцвёл.

Паренёк с Алтая, звонко напевая

«Языка» в подарок милой вёл.

А вот песня «Сестрёнки»,   о госпитальных медсёстрах, героях сражения у озера Хасан.  Её наверняка распевала молодёжь вечерами под гитару и гармошку. Кстати, в боях с японскими агрессорами у озера Хасан  в 1938 году участвовали многие наши земляки. Лейтенант Руднев Рикард Петрович, уроженец села Ключи Топчихинского района, в боях за сопку «Заозёрная» погиб и был посмертно награждён высшим воинским орденом страны орденом Красного Знамени. Видимо, вернувшиеся с  полей сражения воины земляки и привезли эту песню в родной район. Возможно, она не раз звучала в исполнении медсестёр госпиталя 2504, располагавшегося в Топчихе в годы Великой Отечественной войны, ведь младший медицинский персонал был в основном из девушек Топчихи. А песня эта  могла бы даже претендовать на своеобразный гимн госпитальных медицинских сестёр. Судите сами, вот несколько самых ярких  куплетов.

«…………………………………………..

Бойцы их сестрёнками звали

Сестрёнки стелили кровать

И воду бойцам подавали

И раны могли бинтовать

Был вечер, тревожный и жаркий

Над сопкой гудит самолёт.

Врачи, фельдшера и медсёстры

Работали ночь на пролёт.

Один её просит, сестрёнка

Разбиты ли наши враги?

Другой её просит, сестрёнка

Письмо написать помоги.

………………………………………………»

Конечно, большая часть песен, записанных Зоей Семёновной  военно-патриотического характера. Не удивительно, ещё совсем недавно отгремела кровопролитная гражданская война и уже вновь занималось кровавое зарево новой  мировой войны.  В такое время любимыми песнями молодёжи  становились  известные нам  «В землянке», «Тёмная ночь», «Ой туманы мои растуманы», и другие.  Кстати, в песеннике они тоже есть.  Однако многие песни, видимо исполняемые в узком кругу, или самодеятельного происхождения встречены мной впервые. Например,  «Песня девушки» автор  Фёдор Чернышов:

«Я как все другие, девушки родные,

Милому один завет даю:

«Ты давал присягу? Так назад —  ни шагу

Жизни не жалей своей в бою.

Мы и дни и ночи за станком рабочим

Грозное оружие куём.

Хороши гранаты мастерят девчата

В городе любимом и большом

Всем бойцам скажи ты – Крепче мы гранита.

Каждая стахановка – боец.

В грохоте сраженья слушайте биенья

Тысячией разгневанных сердец.

………………………………………………………….» и другие.

К некоторым песням есть только для Зои Семёновны памятные и дорогие пометки, как зарубки на память. Вот, к примеру,  великолепная самодеятельная, или как бы мы сейчас сказали, уличная песня «Два Пети» о любви двух раненых  фронтовых товарищей к  медицинской сестрёнке Людмиле, и подпись в конце песни: «Записано 25 августа 1943 года от Тани Л. Военные сборы военруков школ района».

А вот ещё одна «зарубка» после песни «Жди меня» о пламенной   любви в грозные военные годы, гласит: «В память о Дусе Хабаровой. Не забывай! Барнаул 29 июня 1945 года».

Но как бы ни сурова была действительность в грозные военные и первые послевоенные годы девушки мечтали о принцах, сказочно отважных морских капитанах. Романтику в молодых сердцах, как и любовь даже война  убить не в силах, по этому, рядом с фронтовыми и патриотическими песнями соседствуют чисто любовные страдания, такие как

«Золотые вы песочки

И серебряна река.

Полюбила я девчонка

Молодого паренька.

Полюбила, затужила.

Полюбила не забыть.

И открыться я не смею,

И не смею говорить.

А вот удалые, почти пиратские песни, то же военных лет:

«Маргарита»

о трагической любви кабацкой танцовщицы Маргариты и отважного  морского капитана

«Далеко в притоне Сан-Франциско

Где бушует шумный океан

Там однажды утренней порою

Разыгрался бурный океан

Девушку там звали Маргарита.

Чёртовски красивая была.

За неё лихие капитаны

Выпивали вина до утра.

……………………………………………», и

«Девушка из маленькой таверны»

«Девушку из маленькой таверны

Полюбил суровый капитан,

Девушку со  взглядом  дикой серны

За улыбку и красивый стан.

Полюбил за пепельные косы

Алых губ нетронутый коралл

В честь которых бравые матросы

Выпивали не один бокал

……………………………………………………»

Конечно, в суровые военные годы и в условиях Сталинского режима это были, скажем мягко, запрещённые песни, но молодость, романтика дальних странствий и пламенной любви брали верх, и эти песни пели, и слушали, так же как в моем детстве и юности пели и слушали всем на зло песни Владимира Высоцкого,  Михаила  Шифутинского,   Аркаши Северного и многих других не признаваемых властью авторов.

Удалось  среди любимых и памятных песен и стихов в песеннике Зои Семёновны Юдиной обнаружить мне  и несколько стихотворений её собственного сочинения. Вот одно из них.

Осень и зима

Сочинила 16 октября 1943 года в 11 часов 30 минут придя домой с родительского собрания.

Пролетело лето тёплое

Подошла осень дождливая.

Под окном моим нахмурилась

Стоит ива сиротливая.

Не видать в скворечне скворчиков

Улетели до единого.

Не слыхать, печально в рощице.

Нет уж пенья соловьиного.

Как печально лес нахмурился.

К земле ветки пригибаются.

И последние листья жёлтые

У деревьев осыпаются.

Лишь сосна ещё зелёная,

Но и тоже призадумалась.

О зиме наверно думает,

И по этому, нахмурилась.

Вот пришла зима холодная

С злыми, лютыми буранами,

И покрыла землю матушку

Пуховыми одеялами.

Злой мороз всё царство лютое

Обошёл везде дозорами.

Обвернул кусты малиновы

Белоснежными узорами.

Заковал он реки быстрые.

Шёл по улице постукивал.

Дети в школу собиралися,

Он в окошко их попугивал.

Сам одел он шубу белую.

На крылечко пробирается,

И стучит к нам в двери крепкие.

Заморозить собирается.

Мы одели шубы тёплые.

На ногах обуты валенки.

Мы сей час пойдём на улицу

Мы не в люльках, мы не маленьки.

Мы с горы летим на саночках

Берегись, сверни на сторону.

Не боимся мы тебя, мороз.

Нам не первый снег на голову.

Не знаю как вы, а я, читая эти строки, написанные в переломном 1943 году, слышу  седьмую, блокадную, симфонию Шестаковича, написанную великим композитором  в  осаждённом Ленинграде.

Глубинные тайны своего песенника Зоя Семёновна унесла с собой, но она оставила нам уникальную возможность взглянуть на молодёжь далёкого и грозного военного лихолетья через переживания простой молодой сибирской девушки, комсомолки  Зои Семёновны Юдиной.