Деловая элита дореволючионной Чистюньки

 

Обращаясь к теме, человек – легенда, хотелось бы рассказать читателю  и о людях, чья, весьма интересная и значимая, судьба,  запечатлелась во множестве рассказов, былей и легенд,  до сегодняшнего дня бытующих в Топчихинском районе. К примеру,  среди легендарных  личностей можно было бы назвать  представителей чистюньского купечества. Когда то они являлись деловой элитой, задававшей ритм экономической жизни  не только Чистюньки, но и всей волости.  И так, знакомтесь.

Чистюньский меценат Меркульев.

Меркульев Александр Андреевич, бийский, 2 гильдии купец постоянно проживал с женой Феоктистой Ивановной, и приемным сыном Порфирием Порфирьевичем, в селе Чистюнька, имел две лавки по продаже мануфактуры и мелочного товара. Кроме того он разводил скот и вёл торговлю пшеницей, имея обширные посевные площади. Его поместье располагалось на месте здания бывшего промбыткомбината.  Жил он в двухэтажном, добротном, деревянном особняке. Детей у него, своих,  не было, по этому, когда умер, купец Вертков, муж его  сестры, а затем и сама сестра, Александр Андреевич взял пятерых племянников на своё содержание, а одного, Порфирия Порфирьевича, усыновил. Так Вертков Порфирий Порфирьевич стал Меркульевым Порфирием Александровичем, наследником всего богатого  имения Меркульевых. Развивая семейное дело, Порфирий Александрович построил на реке Алей одну из крупнейших в округе, водяную мельницу, которая обслуживала не только Чистюньку, но и такие крупные  центры как Алейск и Усть-Пристань. Кроме того у Меркульева были в Чистюньке магазины (лавки), маслобойня, кирпичный завод. В 1897 году Порфирий Александрович заканчивает  начатое еще  отцом строительство нового, кирпичного, двухэтажного особняка. Это было единственное в Чистюньке каменное жилое здание. Сейчас в нём размещается  Чистюньская больница.

Кирпичный особняк купца Меркульева. Фото 30-40-х годов. Чистюньская участковая больница.

   Свой деревянный дом, стоявший напротив, купец отдал волостному правлению под  больницу.  Занимаясь животноводством, Перфилий Александрович построил на свои средства современный по тем временам ветеринарный участок, нанял и содержал за свой счет ветеринарного врача. Чистюньский ветучасток, созданный Меркульевым, обслуживал все окрестные населенные пункты и просуществовал  до 1974 года.

Несмотря на свое богатство и положение купец Меркульев и его супруга,  Агния Васильевна,  запомнились как добрые и заботливые хозяева. Наниматься на работу к ним шли охотнее, чем к другим. Говорили: « Харч хороший, кормят как на убой, да и с оплатой не скупятся». Как сложилась судьба этого купеческого рода известно мало. Сам Порфирий Александрович умер незадолго до революции. Зато построенные купцом Меркульевым,  амбары, водяная мельница,  ветеринарный участок, магазины и другие производственные строения,  еще долгое время верой и правдой служили жителям родного села.

К Кутузову за пряниками

Следующим, не менее интересным человеком в дореволюционной Чистюньке, был барнаульский, 2 гильдии купец Кутузов Григорий Иосифович. В книге «Предприниматели Алтая»  говорится о том, что сам купец, с 1876 года, постоянно проживал в Барнауле. Торговал текстилем, кожей и прочими товарами, в том числе продукцией Никольской мануфактуры Морозовых. Был человеком преуспевающим, о чем говорит постоянный рост товарооборота его многочисленных магазинов. Кроме экономической,  занимался активно и общественной деятельностью. Так в 1889, 1892 и 1895 годах избирался гласным городской Думы. В 1915-1916 годах был членом Учетно-Ссудного комитета городского общественного банка имени Бодунова. Все  недвижимое имущество купца Кутузова Г.И в 1917 году оценивалось в 31500 рублей.   В Чистюньке купцом Кутузовым был выстроен большой, добротный деревянный, из лиственницы,  на высоком  кирпичном фундаменте магазин, который верой и правдой прослужил чистюньцам с 1896 года по 1989 год, когда по неумному, на мой взгляд,  решению, он был разобран на дрова.

Что продавали в нем? В нем продавали всё. От дорогих тканей и одежды, до конфет и сладостей.

Само здание было необычным, красивым, да и место, где он стоял было очень удобное, в самом центре села, на небольшой возвышенности. На этом месте храм возводить можно было. В конце прошлого  века, в том же 1989 году, почти на месте, разрушенного кутузовского магазина, начали строить  огромный, по сельским меркам, торговый центр, от которого в настоящее время остались лишь груды кирпеча, свидетельствующие о том, что на этом месте  в небольшом, по современным масштабам, деревянном магазине в начале века купец Кутузов умело создавал копитал, а в конце того же века на этом же месте так же умело эти капиталы выбросили на ветер, в виде груды искореженных строительных материалов несостоявшегося торгового центра.

Тропины и Рыбаковы – одни из немногих.

Когда Кутузов Григорий Иосифович открывал свой магазин, ему, естественно, требовались опытные работники. К тому же он сам  не жил в Чистюньке, а значит, в селе нужен был доверенный и знающий человек, преследующий его интересы, то есть управляющий. Вот так, в начале XX века, по приглашению Кутузова, из Змеиногорска в Чистюньку приезжает Тропин Александр Андреевич. Там в Змеиногорске он прошёл хорошую  торговую школу. Сначала был продавцом, возможно, то же в магазине Кутузова,  но в Змеиногорске. А в Чистюньку он прибыл уже с повышением, стал управляющим. По современному,  это директор магазина, или менеджер. В месте с ним приезжает и молодая жена Сусанна Фёдоровна, с дочерью. Так судьба молодой семьи Тропиных оказалась навсегда связана с историей Чистюньки, где у них родятся и вырастут шестеро детей. Работы у Александра Андреевича было много, трудной и ответственной. По сути он вёл всю торговлю в одном из самых крупных магазинов в селе (а их тогда в Чистюньке было десять торговых точек). Часто на лошадях отправлялся Александр Андреевич в Барнаул, закупать товар, подписывать договора, представлять отчеты хозяину и так далее. Дорога в Барнаул занимала целый день.  Организовывать торговлю, и одновременно стоять за прилавком одному невозможно. По этому, купец Кутузов переводит из Змеиногорска в Чистюньку Рыбакова Александра Никитовича, грамотного и весьма способного человека. В 12 лет он был определён помощником продавца  в магазине, и прошёл хорошую практику торгового дела. В Чистюньку Александр Андреевич приезжает уже опытным продавцом с молодой женой Марией Фёдоровной, работать в магазине со своим свояком Тропиным  Александром Андреевичем. Их жены, Сусанна и Мария, были родными сестрами. На новом месте у супругов Рыбаковых родятся пятеро детей: четыре дочери и сын. Всё бы хорошо, да захлестнула сибирскую деревню гражданская война, и полетела устоявшаяся, привычная для жителей Чистюньки, жизнь в тартарары. Куда девался купец Кутузов, не знает никто, может погиб в горниле гражданской войны, может сгинул в лагерях, а может и смог уехать с семьёй, как многие в то время, в Китай. А вот работники его остались в Чистюньке. Сложные, трудные были годы. Жить стали бедно. Как-то более мене благополучно удалось проскочить А.А. Тропину с семьёй, между, всё крушащими и дробящими,  шестеренками огромной советской репрессивной машины НКВД. Их не раскулачили и не сослали в Нарым. Умер Александр Андреевич в 1938 году в возрасте 67 лет в ставшем за много лет родным, селе Чистюнька. Вскоре не стало и его жены. Старшая дочь Тропиных вернулась в Змеиноорск. Там теперь продолжается ветвь Тропиных. Дочь Вера (1923 года рождения) санитарка, погибла защищая Родину  в 1942 году. Мария Александровна (1921 года рождения) всю войну провоевала фронтовым шофёром. После войны вышла замуж и осталась жить в Москве. Тропин Николай Александрович (1919 года) также прошёл с боями по фронтовым дорогам с первого до последнего дня. Его внуки и правнуки и сегодня живут в нашем районе, в Чистюньке, Белояровке, Топчихе,  это семьи Шаршовых, Беляевых, Банниковых. Младший сын Тропина Александра Андреевича, Саша (1925 года рождения) был призван на фронт в 1943 году, в возрасте 18 лет. В Бийске, в учебном полку, не успев отправиться на фронт, рядовой Александр Александрович Тропин умер от физического истощения. Вот такая, кажется, обыденная и вместе с тем удивительная история. Четверо детей некогда преуспевающего чистюньского управляющего  магазином Тропина А.А., не щадя себя, сражались с фашистами. Двое из них отдали ради победы свои молодые жизни.

Судьба продавца Рыбакова Александра Никитовича и его семьи сложилась после революции более драматично. Работы в магазине не стало. Выживать пришлось за счет личного хозяйства. Позднее, к середине 20-х годов, Александр Никитович, человек грамотный и умеющий быстро и точно считать, работает в составе волостной, а затем районной избирательной комиссии Чистюньского района. Однако в 1929 году его самого лишают избирательных прав и конфискуют все имущество семьи. Самого Александра Никитовича должны были отправить отрабатывать трудовую повинность в одно из сёл за Топчихой. Но он тяжело заболел, и на работы уехал его  сын, Александр Александрович. Оправившись от болезни, Александр Андреевич, умный и смелый человек, понимает, что, в след за лишением избирательных прав последуют более серьёзные репрессии в отношении его семьи, по этому, он пишет письмо в Москву, Михаилу Ивановичу Калинину, Председателю ВЦИК СССР, то есть главе советского государства. В письме он просит разобраться в ситуации и защитить его семью от репрессий. И свершилось чудо!  Письмо дошло, по нему приняли положительное решение – это в 1929 -1930 годах действительно было  чудом. Ответ из Москвы, из приемной М.И. Калинина пришёл в 1930 году. В нем местным властям предлагалось немедленно восстановить Александра Андреевича в избирательных правах и вернуть его семье всё отнятое имущество. Разумеется, имущество не вернули, оно осталось у тех, кто его конфисковал.  Да, семья Рыбаковых сильно пострадала материально, но тучи, сгустившиеся над ней все – таки разошлись, благодаря уму и выдержке главы семейства Рыбакова А.Н., к сожалению, Александр Никитович, вскоре умер (4 апреля 1930 года).  Дети зажили самостоятельной жизнью. Женился на чистюньской девушке Александр Александрович Рыбаков. Он прошёл всю Великую Отечественную войну.   По «Дороге жизни» возил в осажденный  Ленинград продукты и боеприпасы, вывозил больных, раненых, женщин и детей. Был дважды тяжело ранен. С войны вернулся в 1945 году, но автомобиль, своего «боевого товарища», не бросил, стал работать инструктором по вождению автомобиля в училище механизации (СПТУ – 25). Однако, война догнала Александра Александровича и в мирное время. Недолеченные, старые раны стали причиной серьёзной болезни, и в  июле 1962 года  Александра Александровича не стало.

А в скверике около Чистюньского сельского Совета до сего дня стоит бюст Михаила Ивановича Калинина. Жизнь продолжается.

Тропины – жизнь и судьба.

О  дореволюционной судьбе Тропиных, семьи управляющего делами купца Кутузова в Чистюньке Александра Андреевича Тропина я рассказывал вам читатель  год назад в статье «Деловая элита дореволюционной Чистюньки». Собирая материал к своей первой статье о Тропиных и Рыбаковых,  я заинтересовался, как же пережила семья бывшего купеческого управляющего период раскулачивания, массовых политических репрессий? Как сложилась судьба его пятерых детей? Где сейчас проживают потомки Тропиных? На все эти вопросы тогда я не смог найти ответ. И вот благодаря помощи чистюньского краеведа  Степанищевой Лилии Михайловны удалось восстановить непростую судьбу столь знатного рода села Чистюньки. Судьба его повторяет судьбу тысяч и десятков тысяч крепких сибирских крестьян, раздавленных коллективизацией в 30-е годы XX века.

И так, с приходом Советской власти приказчик (доверенное лицо) купца Кутузова Тропин Александр Андреевич  лишился работы. Так как магазин перешёл к новым хозяевам новой жизни. Потерял он и накопленные за годы работы сбережения,  собираемые  для обустройства будущего своих детей. Все семь тысяч рублей так же перешли к  советской  власти.

Семья была большая: жена, одна взрослая дочь, и четверо маленьких ребятишек выживали за счет  личного хозяйства.

Сажали огород, держали лошадь  и овец. Александр Андреевич занялся пчеловодством. Дом у них был большой, красивый, с парадным и хозяйственным входом, имел  много комнат. Жена Александра Андреевича, Сусанна Фёдоровна умело вела домашнее хозяйство и занималась воспитанием детей. Сама сажала огород, а дети помогали  его полоть, убирать, ухаживать за животными. Взрослая дочь Таисия, стала работать в Чистюньской школе учителем. Так более мене сносно семья Тропиных жила до раскулачивания в начале 1930 года. Когда пришли раскулачивать, всё отобрали: хлеб, овец, лошадь, пчёл,  даже одежду и предметы быта. Из дома выселили, в нём сделали хлебзавод. Самих хозяев хотели сослать, а дочь Таисия (учитель сельской школы) сказала в сельском Совете: «Как я буду детей учить, если я дочь кулака?»  Она отказалась работать в школе и хотела уехать со своим мужем из Чистюньки. Тогда было принято решение об ошибочном раскулачивании Тропиных. Семью оставили в покое, но из имущества не вернули ни чего. Всё уже было распределено и поделено между новыми хозяевами. Поселили, помилованных, в маленьком домишке, а лошадь, овец и пчёл забрали в колхоз. В семье, после раскулачивания начался голод. Детям не хватало одежды. Однажды Маруся Тропина (1921 года рождения) пошла по селу побираться (то есть просить милостыню) в надежде на то, что кто-нибудь даст хоть немного хлеба. Сусанна Фёдоровна, узнав об этом,  отругала дочку, и сказала: «Никогда не смей этого делать. Чтобы больше такого унижения не было». Вместо милостыни она с детьми ходила собирала с полей мёрзлую картошку, лук, пекла хлеб с лебедой. Семья едва пережила первую зиму. Ко всем испытаниям прибавилась болезнь. Дочь Маруся тяжело  заболела тифом. Едва выжила. Весной ходили за польским луком, щавелем и другими травами, потом поспевали ягоды, которые не только  ели, но и  заготавливали на зиму. По прежнему садили огород. Сын Николай, 13 лет, приловчился ловить рыбу. Так худо бедно продолжала семья Тропиных своё житьё-бытьё в Чистюньке. Несмотря на то, что детям в семье  одеваться было почти не во что, в школу ходили все, и не просто ходили, а старались учиться. Верочка была отличницей. Маруся то же была отличницей, но после перенесённого тифа стала учиться слабее. Окончив школу она выучилась на счетовода и уехала на заработки в Среднюю Азию. Там устроилась работать на хлопкоперерабатывающем заводе.  Брат Николай, закончив школу, пошёл учиться в Чистюньскую Районную Крестьянскую школу (РКШ), на ветеринарного фельдшера.

В скорее пришла беда. 21 июня 1938 года, в возрасте 67 лет умер глава семьи Александр Андреевич, а в  феврале 1941 года, в возрасте 60 лет, умерла Сусанна Фёдоровна. Не вынесли они тех бед, которые обрушились на их семью  в 30-е годы, вместе с раскулачиванием. В это время, старший сын Николай, находился на действительной воинской службе, дочь Маруся жила и работала в Узбекистане. После смерти матери, младшие, Вера 17 лет, и  Александр 15 лет остались одни. Пришлось Марусе возвращаться в родную Чистюньку к брату и сестре. В Июне 1941 года грянула война и вскоре призвали на фронт Веру. Она служила бортмехаником в одной из частей и погибла  (умерла от ран) в 1942 году, в госпитале, в городе Россошь Ростовской области. Затем в апреле 1942 года на месячные курсы шоферов направляют Марию, вместе с чистюньскими девушками Герасимовой Марией и Музюкиной Екатериной. После окончания курсов её отправили  служить на Дальний Восток, в 603 батальон аэродромного обслуживания десятой армии. Её задачей было подвозить к самолётам боеприпасы и горючее. Там же, на охране восточных границ государства, ещё с довоенного времени, находился её брат Николай. В Чистюньке, в пустом родительском доме остался один 16 летний  Александр, ученик 8-го класса. Учась и работая в колхозе паренёк с трудом перебивался, но как то жил. Осенью 1943 года  и его, последнего из Тропиных, призывают на фронт. Вместе с ещё несколькими чистюньскими мальчишками его первоначально отправляют в Бийск, в учебный батальон. Он попал в учебную роту с земляком, другом и одноклассником Владимиром Лапшиным. Кормили призывников плохо, одеты они были не по зимнему, легко. Нагрузки физические курсантам давались как для взрослых мужчин на фронте. Всё это понятно, пригодилось им в будущих фронтовых буднях, и помогло выжить самим и победить врага. Но часто недоедавший дома, живя один, Александр Тропин был настолько ослаблен, что не смог вынести  этих трудностей, и в конце 1943 года, не попав на фронт, умер от истощения в учебной роте в г. Бийске. Ему было всего 17 лет. С войны вернулись только шофёр аэродромного обслуживания рядовая Мария Александровна Полякова (Тропина) и её старший брат Николай Александрович.

О боевом пути Веры Александровны Тропиной нам известно крайне мало, а вот о судьбе её сестры, Марии Александровны, удалось узнать значительно больше, благодаря корреспонденту газеты «Скопинский автоагрегат» О. Неволиной, лично  побеседовавшей с ветераном, рядовой М.А. Тропиной и записавшей её воспоминания. Я позволю себе привести небольшой кусочек из них.

В 1945 году, когда началась Советско-японская война полк, где служила Маша Тропина, участвовал в боях. Рядом стояла зенитная часть, в которой воевал её будущий муж, Поляков Василий Никитович. Со своим мужем, комсоргом части,  Мария Александровна познакомилась в клубе, куда и зенитчики и лётчики иногда ходили танцевать. «Он провожал меня до казармы, — вспоминает Мария Александровна. «Когда война закончилась, то сначала пришёл приказ о демобилизации девушек. Узнав об этом, мой будущей муж, пришёл в штаб нашей части к  моему командиру меня сватать. Когда мне об этом сообщили, я была в клубе, а Василий взял мою красноармейскую  книжку и сам в нашем штабе всё поменял».

Как тут не вспомнить кадры о Ромео и Маше из замечательного фильма «В бой идут одни старики».

«И вот когда меня демобилизовали, муж то ещё был военный, к тому же офицер, и я поехала с ним служить на Сахалин. Половина острова до войны была японской, мы её освободили, но население японское на острове ещё оставалось, мы например жили с японцами в одной квартире. Потом нас перевели на Курильские острова и мы с мужем целый месяц на пароходе «Степан Разин» плыли на остров Итуруп. Плыли так долго, потому что кругом были мины и передвигаться можно было только днём. Остров Итуруп 80 километров длинной и 60 километров шириной, по центру дымится вулкан, а вокруг на сотни километров безбрежный океан. Мирного населения на острове не было. От японских военных оставались казармы, нас в них и поселили. Сами из бочек и досок, найденных в брошенных казармах, мы смастерили себе кровати. Потом уже, в 1947 году мы с мужем приехали в Подмосковье в город Скопин. Мужа с удовольствием приняли главным инженером ЦЭС. Потом родилась дочь, так и обосновались Мария Александровна и Василий Никитович в Скопине». Сейчас Мария Александровна проживает в поселке Заречном Скопинского района Московской области. Теперь у Марии Александровны есть внук, а  недавно появилась в их семье и правнучка.

Вот так  размотало и развеяло по стране  некогда большой   крестьянский род Тропиных. Сурово и  безжалостно обошлась судьба с семьёй преуспевающего купеческого приказчика, и  крепкого хозяина, представителя сельской элиты села Чистюнька  Тропина Александра Андреевича.